Game of Thrones: Winter is Here

Объявление















Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones: Winter is Here » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » Light Of The Seven


Light Of The Seven

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Light Of The Seven

http://s9.uploads.ru/t/rcFU8.gif

http://s2.uploads.ru/t/reuLw.gif

Место и дата: за несколько дней до прибытия на Драконний Камень, корабль
Содержание: Всего через несколько дней Маргери увидит бабушку и Кхалиси. Она ещё не знает, чего ждать от этой встречи, несмотря на заключенный союз. Она ещё не знает, как ей отнестись и какой выбор сделать. В прочем, не только хранительница Юга преследуема подобными размышлениями.

+2

2

Накрапывал дождь.
Вообще, это было предсказуемо, тяжелые тучи с самого утра висели над побережьем, даже когда корабль отходил из гавани. Я тяжело вдохнул и выдохнул солёный воздух моря. Прожив всю жизнь вблизи морской стихии, я чувствовал, что в этом холодном, солёном запахе, веет домом. Ветер трепал мои волосы и моя рука сама по себе скользнула, чтобы их пригладить. Переведя взгляд, я уставился на неё непонимающим взглядом. Слишком много странностей в последнее время, слишком много совпадений. Это нервировало. Сжав ладонь в кулак, я вновь опустил её на рукоять моего меча. Забери меня Пекло, если это всё мне нравилось!..
Я достал послание и ещё раз его перечитал. Истинная королева, Дейнерис Бурерождённая... Драконы... Всё это приводило меня к двум выводам: или это чья-то искусная ложь, или же мы идём в пасть к Безликому. Впрочем, я поклялся леди Оленне доставить её внучку живой и невредимой - и я собирался исполнить клятву, чего бы мне это не стоило! Дом Хайтауэр останется уважаемым домом - и я сделаю для этого всё! К тому же, дав обещание, настоящий мужчина обязан его сдержать. Внучка... Я обратился мыслями к каюте корабля, где сейчас находилась моя подопечная. На Юге мы почти не разговаривали, хотя она несколько раз и пыталась начать разговор. Вздохнув, я потеребил кольцо на своём указательном пальце - искусно выгравированную голову Волка, которую снял с одного из рыцарей в битве на Черноводной. Всё веселее и веселее...
- Всё в порядке, сир? - голос Кейрана, моего оруженосца, вывел меня из задумчивости. Пальцы отпустили кольцо, а я кашлянул.
- Да. Дом вспомнил. - я взглянул на него и тот привычно вздрогнул. Молодой, белобрысый, наивный. Из него выйдет толк. - Покомандуй тут, я отойду.
Важно кивнув, он занял моё место у борта корабля, высокомерно глядя на кипящую внизу работу, а я же отправился к моей подопечной, сделав себе мысленную пометочку преподать ему пару уроков на тему тех, кто выше и тех, кто ниже. Спустившись на ярус вниз и дойдя до третьей двери, я коротко откашлялся и постучал. Три коротких стука в битую морской солью дверь.
- Леди Маргери? У Вас всё нормально?

+1

3

Каждую зиму Маргери Тирелл встречала в стенах Хайгардена. Нынешняя стала совершенно исключительной.
На Королеве Шипов непривычно темная одежда из плотной, но теплой материи, которая позволяла не мёрзнуть в отведённых покоях, хотя здесь было значительно теплее, чем в любом другом уголке корабля, которому предназначено доставить хранительницу Юга на Драконий камень.
Совсем недавно бабушка отправила ворона лично сиру Уилласу, где известила того, что надлежит отправляться в путь. О самой внучки не было ни слова: в целях безопасности оной. Ворона могли перехватить, или письмо мог прочесть какой-то шпион. А Вестерос пока не готов к новости о том, что Маргери Тирелл жива. Нет, у них совершенно другие планы.
Леди Маргери сидела у окна, в полной тишине, которая нарушалась лишь треском поленьев. Она смотрела на спокойное ровное море, гадала, что её ждёт впереди и как пройдёт встреча с Кхалиси. Она ведь вообще мало чего знала. Перебивалась небольшими письмами леди Оленны, которая отправляла их Хайтауэру. С того самого момента, как верный вассал дома Тиреллов выкрал наследницу по пути в септу, тем самым сохранив ей жизни, они прошли нелёгкий путь до Штормовых земель, где девушку прятали от любопытных глаз. Это место хранило в себе много болезненных воспоминаниях, когда дети Простора не знали, какое ужасное будущее их ждёт. Было ли верно тогда послушать лорда Бейлиша и встать на сторону Ланнистеров? Маргери не дано знать будущее, но сейчас бы она ответила, что да.
Дверь тихонько заскрипел и чужой голос вырвал Хайгарденскую Розу из омута памяти. Она оглянулась на своего спутника и натянуто улыбнулась ему.
- Да, всё хорошо, вы очень любезны, сир Уиллас.
Совсем скоро титулованный рыцарь отправится домой, стоит лишь ей ступить на землю, под покровительство Дейнерис Бурерожденной. Мысль об этом неприятно кольнула, заставляя ощутить собственное одиночество. Ей хотелось проститься с ним на доброй ноте и поблагодарить за всё, что сир Уиллас сделал для неё и её дома. Нет, он всегда был учтив и внимателен, с ней обращались подобающим образом, но Маргери не могла не замечать той отчужденности. Не удивительно. Она и сама считала, что не может быть достойна больше жизни, чем её брат или отец.
- Присядете? - Скорее утвердительно, чем вопросительно проговорила она, указывая ладонью на кресло, стоящее напротив. - Мне хотелось бы поговорить с вами.
Наверное, его удивила подобная просьба от хранительницы Юга, но на данный момент, мужчина был единственным, кому Маргери могла бы доверять. Свою преданность их дому он доказал уже не раз, и даже тот факт, что он выполнил кощунственную просьбу леди Оленны - говорил о многом. Таких людей осталось совсем немного Вестеросе, и Маргери повезло встретить одного из них.
- Я хочу сказать вам спасибо за всё, что вы сделали для нашего дома. Я понимаю, на что вам пришлось пойти. Вы ведь дружили с Лорасом, я помню. И ради моей жизни, вам пришлось оставить своего друга. Знайте, что я бы никогда не смела бы и попросить вас о подобном, но что сделано, то сделано. Всё, что я могу пообещать - это то, что я обязательно добьюсь справедливости для своего брата и вашего доброго друга. И его смерть не будет напрасной. Наш дом сделает всё, чтобы в семи королевствах снова воцарился мир и покой.
Он тоже не знал, что амбиции леди Маргери давно приобрели другой оттенок. Она не хочет быть королевой, не хочет править Вестеросом. Она просто желает мести за смерть своих родных. И чтобы война, на которой гибнут люди ради того, чтобы представители знатных домов садились на престол, наконец, завершилась. Да, она собиралась заключить с Кхалиси не только союз для того, чтобы свергнуть Серсею Ланнистер, но и в дальнейшем, сообща, привести людей к благополучию.
- Если вы или ваш благородный дом в чём-либо нуждаетесь - скажите только, мы щедро вознаградим вас за верную службу, сир Уиллас. - На губах снова появилась грустная, слегка отстранённая улыбка, как будто мысли леди Маргери улетели достаточно далеко от корабля. Она вновь повернулась к окну, блуждая взглядом по тёмным волнам моря. Она могла бы приказать лорду Хайтауэру остаться и нести свою службу дальше, но не станет этого делать.

+2

4

- Присядете? - Скорее утвердительно, чем вопросительно проговорила Маргери, указывая ладонью на кресло, стоящее напротив. - Мне хотелось бы поговорить с вами.
Утвердительно кивнув, я прошёл к креслу, куда и уселся, поопрятнее пристроив кинжал и меч. Впившись ледяным взглядом в леди, я терпеливо выслушал её благодарности, но... К стыду моему, я не почувствовал ничего. Вот вообще. Она политик, она талантливый манипулятор. Она сломлена и не знает, что её ждёт впереди. Но если любую другую женщину я тут же бы и обнял, то с Маргери... Что-то было в ней. Что-то такое... Странное. Неправильное. Непривычное. Я вдруг ясно ощутил себя мальчишкой перед базарными забияками, обидевшими портовую девчонку. Мне захотелось выхватить меч и всех их порубать в фарш по одному её слову. Я не мог объяснить это чувство, но оно настораживало. От него веяло неправильностью.
Рыцарь должен держать обещание. Должен вести себя, как подобает благородному мужу славного дома. Но здесь... Во мне боролись два чувства: первое протестно кричало о том, что нужно немедленно уйти, а второе призывало сложить оружие, подойти, обнять её и будь что будет! "Какого... Как... Почему?!". Она упомянула Лораса в разговоре. Эх, старина Лорас... Я ведь знал, что когда-нибудь твои странные вкусы тебя и погубят. Мой старый добрый друг... Я помню нас детьми, как мы тренировались вместе под взором сира Рейнарда, я помню все тумаки, что я получил и что сам нанёс. Я помню многое, дорогой мой Лорас. Помню - и не хочу забывать.
- Если вы или ваш благородный дом в чём-либо нуждаетесь - скажите только, мы щедро вознаградим вас за верную службу, сир Уиллас.
Её голос, словно морской бриз, разбившийся о стену Староместа. Её грустная, слегка отстраненная улыбка. Я всё думал, к чему эта фраза - либо она сломлена окончательно и всё ей надоело, либо она пытается купить мою лояльность. Дёшево, надо сказать, пытается купить. С трудом подавив усмешку, я встал с кресла и собрался было уйти, как вдруг...

- Леди Маргери. - мой голос звучал отстраненно, будто бы и не я говорил. Словно я был лишь слушателем. - Прошу вас, возьмите.
Мои руки, словно руки Кейрана, отстёгивают тёплый меховой плащ, который я купил себе в Королевской гавани. Мои ноги сами делают шаги, мои руки сами накидывают ей на плечи плащ. А самое страшное - я не управляю своими движениями. Словно мой разум заперт в клетке, а тело, словно кукла, подчиняющаяся кукловоду, сама, без моего ведома, совершает эти движения. Второй раз за этот клятый день меня охватила паника. Я не мог понять. Ничего не мог понять - и это пугало.
- Морской воздух редко бывает тёплым. Особенно здесь. - я трогаю её плечо. Случайное касание - и вдруг понимаю, что хочу быть рядом с ней. Я не могу это объяснить, но моё тело дрожит. Моё! ТЕЛО! ТЕЛО ВЕТЕРАНА ЧЕРНОВОДНОЙ! Меня это пугает, я всматриваюсь в её озадаченное лицо своими ледяными, словно равнины Севера, глазами. Но я снова чувствую своё тело - и мои пальцы замирают на мгновение в воздухе. Я чувствую, как к лицу приливает кровь. "О Семеро, какой же я дурак!". Мне так и хочется провалиться сквозь землю
.
- Прошу простить меня, миледи! - я спешно кланяюсь и вылетаю за дверь. Стены судна сжимаются вокруг меня, мне дурно и тяжело дышать. Я бегу к солнцу, туда, на палубу корабля! Скорее! Словно сама смерть гонится за мной! Клянусь Пеклом, быстрее! Но вот наваждение проходит и солёные морзкие брызки снова летят мне в лицо, оказывая живительное воздействие. Холодный морской воздух хлещет меня по щекам, приводя в чувство, а голос Кейрана звучит обеспокоенно:
- Сир? Всё в порядке?
- Да... - я усаживаюсь на ступени и обхватываю голову руками. - Да. Кейран, будь добр, принеси вина.
Я слышу его удаляющиеся шаги, пытаюсь осознать произошедшее. Что было там, в каюте, перед Маргери? какого чёрта я вытворял?! Семеро, как стыдно-то! Старик-отец, будь он жив, со стыда бы сгорел! Но я слышу топот сапог Кейрана, слышу, как плещется во фляге вино. Жадно хватаю бурдюк и делаю несколько спешных глотков. Становится легче. много легче. Наваждение проходит, словно бы и не было.

- Сир? С вами точно всё хорошо? - Кейран пытается взглянуть мне в лицо, но старательно избегает моего взгляда. Кажется, он никогда не привыкнет.
- Да, всё хорошо. Немного стало не по себе. Прости. - я отдаю ему флягу и выпрямляюсь во весь рост. Потянувшись, я хлопаю его по плечу.
- Еще одно просьба. Скажи повару, пусть забьет на ужин свинью. Филейную часть зажарить с овощами. Я отнесу это нашей госпоже.
- Да, милорд. - в его глазах плещется любопытство. Но не сегодня, дорогой Кейран, не сегодня.
- Тогда шустрее, шустрее! - прикрикнул я, отправляясь к палубной перегородке, вновь вглядываясь в бескрайнее море. А уже вечером я вновь стоял перед её дверью с подносом и твёрдым желанием разобраться в своих чувствах к моей подопечной.
- Леди Маргери, вы одеты? Я принёс вам ужин, миледи.

+1

5

Всё то время, пока она говорила, сир Уиллас молчал, а на его лице не промелькнуло не единой эмоции. Девушка не могла понять, о чём он думает сейчас или что испытывает на самом деле. И говоря честно: это отчасти напрягало. В последнее время, леди Маргери не любила неизвестность, но теперь всё её будущее было таким. Да и знак молчания не всегда хороший знак. Ей оставалось только верить в то, что верность дома Хайтауэров - не пустой звук, и до сих пор у них не было ни единого повода, чтобы усомниться в этом. Но после того, что сделала бабушка и о чём попросила... Маргери не стала бы осуждать Волчьего рыцаря, если бы он отказался от данного слова.
На её плечи опускается тяжелый плащ спутника, и Маргери поднимает удивлённый взгляд на Уилласа. Совсем не той реакции она ожидала от мужчины. Он словно не верный вассал, а добрый друг, который может себе позволить себе позаботиться о ней. Королева Шипов не успевает вымолвить даже слова, как он быстро извинился и покинул покои Маргери, оставив ту гадать: что же сейчас произошло.
- Благодарю вас, сир Уиллас, - пробормотала Тирелл ему вслед, прикоснувшись пальцами к гладкому меховому воротнику, а после снова посмотрела в окно.

К вечеру стало ещё холоднее. Она наказала растопить печь, чтобы согреть помещение. Несколько раз она порывалась написать бабушке, но сдержала себя. Это слишком неблагоразумно с её стороны, но ей хотелось узнать, как преодолела нелёгкий путь леди Оленна. Для её возраста он был особенно труден. Даже сейчас, несмотря на ту обиду и нежелание прощать, Маргери беспокоилась о ней - бабушка была её единственным родственником, и одна только мысль потерять её казалось просто ужасной. Затем мысли мчались к Драконьему Камню, к Драконьей Королеве. Маргери гадала, какая она и что из себя представляет. Как её примут. Слегка успокаивало то, что в советниках Кхалиси - лорд Тирион и лорд Варис. Ни с тем, ни с другим у дома Тиреллов вражды нет, правда из-за желания Оленны защитить внучку от монстра, пострадал Тирион Ланнистер. И от этого леди Маргери ощутила острый укол вины перед ним и леди Сансой. Затем думы возвращались к сиру Уилласу Хайтауэру, который всё это время опекал её. Ей хотелось узнать, что всё это значило, но она решила, что время всё расставит на свои места - к ответу она явно не готова, какой бы характер он в себе не нёс.
Стук в дверь снова возвращает леди Маргери в реальность из раздумий, она поднимается зачем-то со стула.
- Да, входите, сир Уиллас, -  на её лице искренняя улыбка, -  благодарю вас за заботу, я совершенно забыла о времени. Я слишком много волнуюсь и слишком много думаю... обо всём. Простите, что говорю всё это вам, но больше я никому не могу доверять. Мне совершенно некому рассказать о том, что меня тревожит, не у кого попросить совета. Я вынуждена держать всё себе, хотя откровенничать не к лицу леди. И всё же... Я осталась совсем одна. И вряд ли я смогу простить леди Оленну, пусть и понимаю, почему она поступила так, как поступила. Не имею права осуждать её... Ох, что же я говорю! Прошу меня извинить, я просто перенервничала. - Маргери помотала головой, затем присела в кресло, стыдясь того, что  наговорила мужчине. Быть может, эти все сомнения и страхи не интересны. Ни к чему рыцарю слушать о том, что терзает душу госпожи. Он не септон и не мейстер, чтобы интересоваться подобным. Она тяжело вздохнула. Но сказанного уже назад не воротишь, и если откровенно, то ей стало немного легче, когда она позволила себе выговориться. И плевать, как это может потом сказаться на ней. Она крайне редко могла позволить себе быть такой искренней. Девушка указала рукой на стол, позволяя рыцарю поставить на него поднос с едой, но в горле стоял ком. Есть не хотелось совершенно. Аппетит пропал с того самого момента, как её спасли от ужасной смерти в септе Бейлора. Первые дни она не притрагивалась к тому, что ей готовили, просто лежала, смотря в одну точку, переживая свою боль. Она решала для себя, чего хочет теперь, когда такой чудовищной ценой, ей подарили вторую жизнь. И вспомнила день, когда убили Ренли и свои же слова, которые были адресованы Лорасу. Было бы кощунственным не последовать им. Ей казалось, что младший брат бы не  одобрил этого. Она всегда была сильной и не имеет права сломаться, тем самым обрадовав своих врагов. Даже в самую жестокую стужу, розы выживут и дадут новые побеги, на которых распустятся красивые бутоны. Вот её цель. Вот её задача. Ради светлого будущего для её дома - она должна жить и сделать невозможное.

+2

6

Она выговаривается, вываливает все свои страхи и переживания, чтобы хоть кто-нибудь мог разделить их с ней. Я прекрасно её понимаю, мне так не хватало человека, которому я мог бы выговориться. Разве что сёстры... Но что они поймут? Не смогут, они женщины, слабые и хрупкие существа. Кейран? Хороший вариант, да вот только не гоже рыцарю делиться страхами с оруженосцем. Он славный малый и многого добьётся, но пока он всего лишь оруженосец - и не ему быть моим слушателем и советчиком. Так что здесь мы с леди Маргери были очень схожи - нам обоим не хватало дружеского плеча и слов поддержки.

О, Семеро, какая же она красивая! Как я завидую тому ублюдку, которому она достанется!

По её безмолвной воле, я ставлю поднос на стол, но не ухожу. Взгляд моих ледяных синих глаз изучающе глядит на неё. Мне страшно и неловко, но я не могу вечно продолжать избегать её. Нам плыть ещё несколько дней и если я продолжу изображать статую, она с ума сойдёт от переживаний, а мне как-то не улыбается перспектива в один прекрасный день открыть дверь и увидеть её под потолком. Сёстры часто говорили, что женщины любят ушами, а потому, вздохнув и примирившись с тем, что я собираюсь сделать, я протягиваю руку и откупориваю бутыль вина. Наливаю два кубка и один протягиваю ей.
- В моём присутствии вы вольны говорить обо всём, госпожа. Даю вам слово чести, что ваши слова не покинуть этих стен.

Усевшись в кресло и поудобнее расположив на поясе клинки, я делаю вдох и отпиваю из своего кубка. Дорнийское красное легко поползло в организм, смочив горло и успокоив пришедшее возбуждение. Я делаю вдох.
- Мой отец часто говорил мне, - начал я, уперев взгляд в вино, плескающееся в кубке. - что человеку необходим человек. Мало кто может выжить в одиночку. Нам всем порой нужно с кем-нибудь что-нибудь обсудить. Вам не зачем извиняться, госпожа. - я поднимаю взгляд и мои ледяные глаза упираются в светлые карие глаза Маргери. Я улыбаюсь ей - не волчьим оскалом, но тёплой, домашней улыбкой, которой я одаривал моих дорогих сестёр. - Мне тоже порой нелегко. Меня тоже терзают сомнения и тяжёлые думы. В этом мы с вами, к слову сказать, похожи. Мы одни. Мне тоже не у кого просить поддержки и слов утешения, ведь среди всех моих друзей был лишь ваш брат, да упокоится он в небытие. Простите, что возвращаю вас к этим страшным событиям. Это нелегко, - я опускаю взгляд. - но это надо принять. Принять - и жить дальше. Один мудрец говорил, что наша жизнь - лишь полёт бабочки, что спешит от одного цветка к другому. И пусть нас окружает множество опасностей, зато в нашей жизни есть цветы. - я усмехаюсь кубку вина. - А ещё дорнийское красное и прекрасное свиное филе, тушёное с овощами. Прошу вас, миледи, поешьте. Таких радостей будет немного в нашем долгом путешествии.

Я назвал её "миледи". В первый раз. И, признаться, мне очень это понравилось.

Я единым глотком допиваю вино и встаю, чтобы уйти. Я ставлю кубок и оборачиваюсь к ней. Я улыбаюсь ей - миловидной девушке, которая осталась совершенно одна в этом жестоком мире, которая пережила такое, какое врагам не желают пережить. Красивая молодая госпожа. Моя подзащитная. Я ловлю себя на мысли, что никому её не хочу отдавать. Глупости влюблённого юнца.
- Если захотите выговориться, миледи, если вам понадобится поддержка или доброе слово - я к вашим услугам. Даю слово чести, что всё, что вы мне скажете, уйдет вместе со мной в Пекло и лишь Семеро узнают об этом, если захотят. Моё почтение.

Короткий поклон и я покидаю её. Шагаю уверенным, пружинистым шагом на палубу. И несмотря на то, что встречают меня холодный ветер и грубая матросня, Мне кажется, что сегодня я стал счастливее. Много счастливее, чем когда-либо был.

Отредактировано Willas Hightower (26-08-2017 17:52:52)

+2

7

Она наблюдала за действиями сир Уилласа и даже не стала скрывать своего легкого удивления. Ей казалось, что он снова уйдёт, поняв, что госпожу потянуло на откровения. Но он остался, даже занял свободное кресло и налил вина. Действительно ли он готов слушать о том, что крутится в её голове и никому не выдать не только её страхов и сомнений, но идей? Маргери казалось, что она совсем перестала понимать людей и потеряла с ними связь тогда, когда трагически оборвалась жизнь брата. Она не знала, кому можно доверять, ведь почти все слова стали легче ветра. Можно было сказать одно, а на деле поступить иначе. И Тирелл не знала, что ещё можно сделать, чтобы вернуть её веру в человечество. Что есть нечто большее в мире, кроме дворцовых козней и борьбы за власть. Эта схватка пожирала души, оставляя их угольные подобия прежним владельцам. Жаждущие власти знатные лорды теряли свой человеческий облик. Но ведь где-то же остались достойные люди, которые борются за что-то большее, чем различные привилегии, роскошь и корона на голове? Интересно, каков сир Уиллас на самом деле?
Она повернула к нему голову, внимательно слушая его. И он казался ей в этот момент настоящим, искренним, каким бывает дома, а не на поле боя. На секунду даже стало светлее в каюте. Но это лишь мираж, впереди ещё не малый путь, и речь шла не о том, чтобы доплыть до Драконьего камня. Это крохотный шажок на дороге к мести Серсее Ланнистер. Она взвела глаза к деревянному потолку, взвешивая каждое слово, сказанное Хайтауэром: насколько оно применимо к ней. Быть может, среди тех, кто не имеет высоких титулов - это так и было, но в великих домах трудно всегда отыскать такого человека. Каждый искал свою выгоду, используя чужие секреты, чтобы отпирать двери перед собой и идти дальше. Чего уж греха таить, Маргери и сама была не безвинна. Она много чего говорила и делала такого за что можно было бы осудить. Но пройдя такой путь, Королева Шипов жалела лишь об одном: о том, что она выпустила ситуацию из-под своего контроля. Серсея никогда бы с ней не сладила ибо Томмен настолько сильно любил свою жену, что не выдержал жизни без неё. Искреннее чувство, которому не место в таких браках, сгубило мальчика.
- Если бы все довольствовались малым, как вы, сир Уиллас, то в мире было бы гораздо меньше смерти, - философски изрекла Маргери, снова переведя взгляд на мужчину и прислонила пальцы к щеке. Он обещал, что унесёт все её секреты в Пекло, заставив девушку удивленно изогнуть бровь. Больше не чувствовалось того холода, исходящего от рыцаря по отношению к вверенной ему Тирелл. Всё же леди Оленна всегда умело отделяла, кому можно верить, а кому нельзя. Но он снова уходит, уже который раз убегает от неё, как будто находится с ней в одной комнате дольше пяти минут - это целая проблема, причиняющая кучу неудобств. Когда дверь за Уилласом закрылась, хранительница юга посмотрела на дымящуюся свинину и поняла, что после этого короткого разговора, она всё же проголодалась. Словно чем больше искренних вещей она говорит кому-то, тем быстрее излечивается от тоски. Взяв в руки нож и вилку, она отрезала маленький кусочек мяса и отправила его в рот.

Море выглядело спокойным словно сама стихия стремилась беспрепятственно доставить леди Маргери к пункту назначения. Оруженосец Уилласа сказал ей, что рыцарь сейчас находится на палубе и Тирелл решила составить ему компанию, заодно вдохнуть свежего холодного воздуха. С лёгкой улыбкой она приблизилась к своему спутнику и остановилась рядом, прислонив руки в перчатках в перилам. На её плечах был накинут плащ Хайтауэра.
- Вы знаете что-нибудь о Дейенерис Таргариен? Думаете, она была бы достойным правителем семи королевств? - Поинтересовалась девушка, не отрывая взгляда от морской глади. Ей было интересно мнение рыцаря обо всём этом. Затем она повернулась к нему. - И вы, сир Уиллас, что будете делать, когда окажетесь дома?
На мгновение стало не по себе, что единственный человек, который мог бы защитить её, уедет, оставив один на один с неизвестностью. Кто знает, что ждёт Маргери Тирелл на Драконьем Камне. Вдруг Кхалиси решит, что жена Томмена, носящего фамилию узурпатора, свергнувшего её отца, бывшая королева - для неё всё же угроза? Деяния, конечно, многое говорят о человеке, но нельзя быть в чём-то уверенным, не увидев и не познав лично.

+2

8

К вечеру море успокоилось. Корабль плыл по водной глади, что приветливо омывала его борта. Больше не шёл холодный дождь, выматывающий моряков, больше не трепались паруса, угрожающе потрескивая и вырываясь из цепкого хвата мачты. Корабль медленно плыл по морю, навстречу своей судьбе, вёз навстречу судьбе своих спутников. Мир менялся, это было ясно даже круглому идиоту и никто не рискнул бы предположить даже часть из того, что может настать. Или не может настать. Как говорил один мудрец, самое прекрасное в жизни это то, что она закрыта от нас и позволяет трепетно восторгаться каждым её мгновением. Мгновением будущей неизвестности.
Солёный воздух приятно трогал мои щёки и трепал волосы, так что я, подняв руку, который раз пригладил их. Я так и стоял на палубе, не сменив позы и не заговорив с кем-либо. Кейрана я отпустил коротким кивком, да и палуба была пуста - моряки расходились спать, оставив лишь вахту да рулевого. Ночь медленно, но нежно, укутывала нас своим тёмным покрывалом. Какое прекрасно время для размышлений! Я всё раздумывал над своим разговором с Маргери. Правильно ли я поступил, открыв душу столь талантливой интриганке? Что послушал сердце, а не мозг? Ведь мне было искренне жаль её, жаль эту милую девушку, которая осталась практически одна в этом мире? И можно ли забыть, что её бабушка, леди Оленна, самый искусный интриган по эту сторону Стены и наверняка учила свою внучку всем этим придворным играм?
Я помотал головой, отгоняя глупые мысли.
Нет, я наверняка поступил правильно. Она нуждалась в утешении и защите - не только физической, но и душевной. Ведь, в конце концов, если бы Оленна хотела только сохранить внучке жизнь, выкрав её у Воробьёв, она наняла бы пару золотых мечей, а не призывала бы меня. Нет, тут было что-то большее. Я был нужен зачем-то ещё. Быть рядом с её внучкой. Оберегать её, охранять. Быть ей другом.

Я вдохнул морской воздух и внезапно понял, что рядом со мной стоит Маргери. Она неотрывно смотрела на водную гладь, а на её плечах лежал мой плащ. Я неслышно улыбнулся.
- Вы знаете что-нибудь о Дейенерис Таргариен? Думаете, она была бы достойным правителем семи королевств? - поинтересовалась девушка, не отрывая взгляда от морской глади.
Я выдержало небольшую паузу, устремляя взгляд своих холодных глаз на море.
- Безумный король был еще тот правитель, чтоб ему в Пекле икалось. - начал я. - Много горя он принёс Королевствам, много крови пролил. И, если судить по тому, что Дейнерис его дочь, то она должна быть ничем не лучше её отца. Однако, Эйрис не разбивал цепей в бухте Работорговцев и не искал в этом выгоды. Он не приручал толпу диких дотракийцев, не собирал армию Безупречных. Если хоть немного из того, что говорят слухи об этой девушке правда, то она достойна короны.
Я вновь взял паузу.
- Но это как минимум. Я не знаю её лично, миледи, не встречался ни с кем из её окружения. Я не знаю, кто она и чего от неё ожидать. Даже не видел её глаз, миледи, а они рассказали бы мне многое о ней, если не всё. Но, повторюсь, если хоть половина слухов правдива, то она определенно достойна короны.

А вот её следующий вопрос третий раз за всё время моего с ней знакомства, вышиб из меня дух хлеще, чем удар молота в панцирь на Черноводной.
- И вы, сир Уиллас, что будете делать, когда окажетесь дома?
И правда. Я словно налетел на невидимую стену. Никогда об этом не думал. Вот честно. Пока все мои мысли были заняты моей подопечной и я даже думать забыл о Староместе. О белой башне, нашем родовом доме. О сёстрах, о братьях. О моих дорогих почивших родителях... сейчас он казался мне таким далёким, таким чужим... Я и не знал, честно признаться. Не думал о возвращении домой. В который раз поразился, как легко эта милая девочка вышибла из меня всё то, что я кропотливо выстраивал десятилетиями! Это было неловко. Неожиданно. Но никак не неприятно.
Поймав себя на мысли, что молчание затягивается, я кашлянул в кулак и который раз пригладил волосы:
- Я не знаю, миледи. - сказал я прежде, чем успел обдумать ответ. В который раз. В который раз эта девушка вышибает из меня слова хлеще и быстрее, чем это делал сир Рейнард и его тумаки. - Я, признаться, ещё не думал об этом. Старомест далеко отсюда, а я здесь. С Вами, моя госпожа.

Едва эти слова слетели с моих губ, я внезапно всё понял. Не до конца, но первые ростки понимания пробились в моей голове. Внезапно, мне стал понятен замысел Оленны, внезапно вся мозаика начала складываться! Но я ещё не был уверен в конечной картине, так что просто сказал:
- Но вы можете быть уверены, миледи, что пока я рядом с вами, Вас никто не обидит. - я снова взглянул ей в глаза. Светлые карие потонули в морозном океане голубых. - Ни матросня. Ни пираты. Ни драконы или дочь Таргариенов. Никто. Пока я рядом с вами, я буду оберегать вас. Даже ценой собственной жизни, я обещаю вам...
Я тепло улыбнулся ей. О, Семеро, какая же она всё-таки красивая! Я не хочу её отпускать. Не хочу.
- Моя госпожа.

Отредактировано Willas Hightower (28-08-2017 15:35:30)

+1

9

Маргери внимательно слушала рыцаря. Она и так была наслышана о Дейенерис Таргариен достаточно, чтобы сделать кое-какие выводы. А вот совпадут ли они с реальностью - это другой вопрос. Конечно, молодая женщина предполагала, что переделывать конструкцию размышлений придётся в любом случае, но насколько сильно не ясно, пока она не познакомиться с Кхалиси лично. И пока её точка зрения совпадала с тем, что говорил Уиллас. Но правда в том, что леди Маргери ехала за возможностью отомстить, сейчас было просто без разницы, кто в итоге займёт трон. Да кто угодно, лишь бы не дом Ланнистеров, который принёс ей столько горечи. Роза Хайгардена слабо улыбается, продолжая скользить взглядом по глади моря и бесцельно водить руками по перилам будто играя на клавесинах.
Но следующие слова мужчины вырывают из омута собственных пространственных дум обо всём подряд. Девушка быстро поворачивается к нему, удивленно вздёрнув брови. Что это всё значит? Он совершенно не хочет домой? Она на мгновение теряется, пытаясь собраться с мыслями, которые перемешались между собой из-за внезапного заявления и обращения. До сих пор Тирелл не слышала от своего спутника ничего подобного. Это было скупое вежливое обращение, как подобает правилам этикета, и не более. Так что изменилось теперь?
Бесспорно, леди Маргери было приятно услышать, что кому-то небезразлична ни она сама, ни её судьба. И кто-то действительно готов её защищать от будущих проблем. Это заставляло потеплеть на сердце и немного притупить чувство одиночество. Она повернулась к Хайтауэру всем телом, глядя снизу вверх прямо в глаза, пытаясь прочесть чужие мысли.
- Сир Уиллас, если вы таким способом желаете присягнуть на верность мне лично, то может стоит сказать об этом прямо? - Мягко и вкрадчиво проговорила Маргери, пытаясь скрыть легкое волнение. Когда человек произносит подобную клятву, то это означает, что он признает лидера, за которым хочет идти и которому будет верен. Не важны обстоятельства, цели и остальное - он отдает в руки свою преданность тому, кого выбрал. Леди Маргери никто лично не присягал на верность, кроме, разве что Лораса. Но они семья и нечто подобное даже не нужно произносить вслух, чтобы знать точно. Хранительница Юга не знала, готова ли она принять подобную клятву, ведь это ещё значит и ответственность. Она слишком многих подвела, сделав неверный выбор в пользу дома узурпаторов. Это стоило жизни её семье и почти убило её саму. И осознание этого заставило её побледнеть и слегка отшатнуться. Взяв себя в руки, она пустила в ход всё своё хладнокровие, на которое только была способна.
- Молчите, не говорите того, в чём сами не можете быть уверены точно. Я уж не понаслышке знаю, что значит давать клятвы. Не признавайте своей госпожой, если есть хоть что-то, что вы можете потерять. Это вопрос времени, когда все Семь Королевств узнают о том, что я жива и поддерживаю дом Таргариенов. Я не стану осуждать вас, если вы хотите вернуться к семье. А теперь распорядитесь отправить моей бабушке ворона с сообщением, что мы почти прибыли. - В голосе Тирелл прозвучали холодные нотки. Она не вправе отбирать у родителей их сына. Маргери знала, как это важно для дома, им нельзя терять наследников, их кровь, которая будет передаваться внукам и правнукам. Она снова повернулась лицом к морю, глядя вдаль, где совсем скоро покажется Драконий Камень. Там её будет ждать совершенно новая жизнь, отличная от прежней.

0

10

- Сир Уиллас, если вы таким способом желаете присягнуть на верность мне лично, то может стоит сказать об этом прямо?

В который раз я удивляюсь ей. Она что, мысли способна читать? Узнавать мысли человека просто взглянув на него? Удивительно... Хотя, о чём это я?! Вот дубина. Меня очень просто прочитать. Я солдат - я говорю то, что у меня в мыслях, а значит, что и на языке. Не умею я играть в эти политические игры, совершенно не умею скрывать чувств. Хотя, отец говорил, что в мире и так слишком много лжецов и манипуляторов. Может, стоит добавить немного честности? Но она меня раскусила. Меня занимала подобная мысль, но пока рановато было о чём-либо говорить. Конечно, меня ждал дом, семья, обязанности... Но, с другой стороны, что мне там делать? Мой брат займет место главы дома. Мне мало что светит, как сыну Лейтона, в этом-то я был уверен, тем более, младшему сыну. Дома меня никто не ждал, никто не держал. Я свободен, словно ветер, могу идти, куда я сам захочу. И сопровождать Маргери я уж точно против не буду.

Но вот её тон меняется. В голосе сквозит лёд. Она пытается закрыться, но до меня доходит и смысл её слов, и её холодеющий тон - она боится. Боится, что снова кого-то потеряет. Лорас был первым, теперь я, её спаситель, могу быть вторым. Она удивительна. Она играет - и в то же время, она совершенно искренна в своих словах и чувствах. Её голос может обжигать самой суровой зимой, а может ласкать, как лучи солнца в родном Староместе. Она удивительна и завораживающе таинственна. Настоящая загадка. "Хочу ли я её?" возникает в моей голове немой вопрос. И следом ответ: "Кто же её не захочет". Хочу ли я быть с ней? Да - и это не обсуждается. И наплевать, что я могу не вернуться домой! Жизнь рыцаря завораживающе удивительна, ведь никогда не знаешь, как она оборвётся. Уж лучше жить с трепетом, наслаждаясь каждым днём, что отпустил тебе Безликий, чем ожидать его в своих покоях. А сожалеть?.. Признаться, мне было не над чем. Я жил хорошей жизнью - и да будет так! Моя семья меня простит, а коли нет - так и чёрт с ними. Мама поймёт. Всегда понимала.

- Кейран! - мой голос не дрожит, я уверен в своих действиях и решениях. - Отправь ворона в Драконий камень. Напиши, что мы близко. Всё, исчез!
Он кивнул и убежал исполнять поручение. А я взялся за свой меч и, вытянув его, опустился перед Маргери на одно колено. "Пути назад нет. Я разгадаю тебя, Маргери Тирелл! Пусть даже это будет стоить мне жизни!".
- Маргери Тирелл. - мой голос тих, словно я признаюсь в любви любовнице, но достаточно слышен, чтобы она внимала моим словам. - Здесь, пред ликом Семерых, пред своим клинком, пред своими предками и вами, я даю свою клятву. Будьте названные свидетелями моих слов. - клинок опускается в щель меж половицами. - Именем своим, я клянусь служить вам, моя леди, как служу своему сюзерену. Я клянусь защищать вас своим щитом и мечом, я клянусь оберегать вас ценой собственной жизни. Пред светом Семерых, леди Маргери Тирелл, примите ли вы мою клятву?

Пути назад нет. И наплевать. Я хочу быть с ней. Я хочу оберегать её и защищать. Я хочу служить ей одной - и никому более.
И разгадать её. Клянусь не умереть, пока не разгадаю её сущность. Свет имён Семерых, будьте мне свидетелями!

+1


Вы здесь » Game of Thrones: Winter is Here » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » Light Of The Seven


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC