Game of Thrones: Winter is Here

Объявление















Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones: Winter is Here » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » И затмит злоба пустоту в душах. И обагрятся кровью шелка


И затмит злоба пустоту в душах. И обагрятся кровью шелка

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Название эпизода.

https://68.media.tumblr.com/d6529cacb9bd584166325fa0c40dab38/tumblr_mvadb9BNEQ1sozfq0o1_250.gif

https://toolson.net/ImageData/GifResize/1869349.gif?r=636397647948000584

Место и дата: 299 год, Королевская Гавань. Шествие Королевской свиты к Красному замку, сразу после отправления Мирцеллы в Дорн.
Содержание: Только с виду дела в Королевской Гавани идут хорошо. Не голодает здесь только элита и те, кто хоть чем-то ей полезен. Голодных, грязных и озлобленных здесь куда больше. И, наблюдая за тем, как правящие Ланнистеры, в окружении своей свиты, одетые в роскошные одеяния, надменно проходят мимо, бедняки теряют терпение.

+1

2

Окружённая гвардейцами со всех сторон, она шагала прямо, не видя перед собой абсолютно ничего. Ее мысли все ещё были там, на берегу, где осталось ее сердце, а в ушах отдавался скрип лодочных весел и звук ладьи, плывущей по соленому морю и уносящей ее маленькую прелестную девочку далеко-далеко в земли песков, вечного солнца и змей с человеческими лицами.
В сердце Серсеи зарождалась гнетущая чернота, которая подкатывала горьким комом к горлу, мешая дышать. Стоило ей вспомнить заплаканное лицо ее дочери, такое нежное и детское, она чувствовала, как ненависть к Тириону разрасталась все больше и больше. Но сильнее она, наверно, злилась только на себя, потому что не могла ничего с этим поделать. Будь ее воля, она бы рвала и метала, кричала, что есть сил, вытрясла бы из этого карлика душу, но не позволила отправить Мирцеллу в Дорн. Только не в это ужасное место, где ее девочка становилась ярко-красной мишенью в открытом светлом поле, где каждый мог выстрелить по ней и не промахнуться. Но она этого не сделала. Она не сделала ничего, лишь стояла там и смотрела, как лодка уходит вдаль, а светлые глаза девочки перестают быть различимы на ее прелестном личике. Затем Серсея перестала видеть и ее саму, лишь маленькую точку, движущуюся к горизонту.
Городская духота и вонь ещё никогда не были так противны и омерзительны. Серсея, и так баюкавшая в душе беспорядочный раздрай своих чувств, была на пределе. Любое неверное слово или движение могли вывести ее из себя, но она все же старалась держаться холодно и отстранённо. Ни к чему ее детям и придворным, а тем более городскому люду, этим беднякам и грязным оборванцам, выстроившимся вдоль улиц, видеть, как всегда холодная и непроницаемая Королева Серсея расклеивается. Поэтому она шла вперёд чуть быстрее, подгоняя тем самым верных ей гвардейцев и желая поскорее уйти с городских улиц и, наконец, оказаться в своих покоях, где опротивевшие ей люди не будут мозолить глаза.
Когда королевская процессия уже дошла до широких лестниц у подъёма к Красному Замку, Серсея, успевшая уйти чуть вперёд, услышала, как позади началось какое-то волнение. Для любого человека, имевшего хоть какое-то непосредственное отношение к Королевской семье или двору, это было сущим кошмаром - волнения в народе. Однако наблюдать за ними с высоты своей опочивальни было на порядок спокойнее, нежели оказаться в самом центре буйства, которое были в состоянии учинить простолюдины. Серсея никогда не становилась непосредственной свидетельницей бунтов или восстаний, но из рассказов знала, что столь ужасающее зрелище, когда люди, не имеющие ничего, уже потеряв последние крохи своего рассудка, идут уничтожать тех, кто имеет все, не могло закончиться хорошо.
Серсея вздрогнула от чьего-то оглушающего крика и повернула голову, намереваясь оценить обстановку, но гвардейцы тут же закрыли ее в плотном кольце, не позволяя ни выйти из него ей, ни войти начинающей бесноваться толпе. Серсея попыталась взглянуть поверх плеча одного из своих защитников и удостовериться, что с Джоффри все хорошо, что рядом Пес и королю ничего не угрожает, но в этот момент рядом с ней появился Тирион и приказал страже увести Королеву-мать в безопасное место. Тут же двое гвардейцев сжали ее плечи и, прекрывая с высоты своего роста, пошли вперёд, видимо, желая вывести Серсею из опасной зоны. Однако Королева резко  затормозила, приказывая своим спутникам остановиться, и стала искать взглядом сына.
-Вы, трое, - не сумев обнаружить Джоффри, она указала рукой на своих гвардейцев. - Отправляйтесь защищать своего короля. Найдите его. Немедленно!
Стража тут же поспешила исполнить приказ и исчезла в толпе. Серсея, пытаясь унять колотящееся сердце, стала подниматься вверх по лестнице, прикрываемая со спины оставшимся с ней гвардейцем, но неожиданно перед ней выскочил огромный мужчина в старых лохмотьях и, обнажив свои гнилые зубы в диком оскале, потянул к ней свои огромные грязные руки. Серсея отпрянула, и перед ней с мечом на изготовку встал гвардеец. Простолюдин, не думая ни секунды, пошёл всем своим грозным видом на воина, и в следующую секунду двое мужчин уже боролись на на жизнь, а на смерть. Горожанин явно имел преимущество перед гвардейцем даже будучи безоружным, поэтому, когда одним ударом он сломал шею противнику  и тот грузным мешком повалился на каменную землю, Серсея похолодела. Теперь внимание гиганта было обращено на неё. Украдкой она успела оглянуться по сторонам и понять, что на помощь к ней никто не придёт, потому что вся стража осталась позади и уже была оттеснена от неё толпой безумцев.
Что делать? Что делать?
В голове Серсеи пронеслось миллион мыслей, но когда здоровяк толкнул ее одной лишь рукой и она со всей силы приложилась к стене, в голове ее воцарилась пустота. Казалось, будто из неё вытрясли всю жизнь, в лёгких перестало хватать воздуха. Серсея медленно сползла по стене и уперлась руками о землю, пытаясь придти в себя. Нутром она чувствовала, что сейчас этот урод с лёгкостью свернёт ей шею, приложив к этому минимум усилий, но не такой конец был ей уготован. Она не умрет сегодня.
Выдохнув те крохи воздуха, что оставались в ее лёгких, Серсея сжала в ладони грязный песок, в который ранее зарылась рукой, и кинула его прямо в лицо противника, пытаясь выиграть себе хотя бы несколько драгоценных секунд и суметь добежать до безопасного места, не имея ни малейшего представления, где его сейчас можно было найти.

Отредактировано Cersei Lannister (01-09-2017 22:42:39)

+1

3

Очередная скучная церемония, черт бы побрал этих господ! Королевская девчонка уплывает на роскошном судне, а все плачут так, будто вместе с ней уплывает целое поколение. Прямо сейчас Бронн находится в окружении королевской семьи, знати, свиты и рыцарей в сияющих доспехах. Иными словами, еще никогда жизнь не давала простому наемнику забраться так высоко. Так почему же он готов плеваться от увиденного?
Все это напоминает неумело поставленный спектакль, до сих пор не развалившийся лишь благодаря нескольким ведущим актерам, которым, кстати говоря, действительно есть хоть какое-то дело до уплывающей принцессы.
- Не закатывай глаза, - цедит сквозь зубы Тирион - так, чтобы это мог слышать только наемник, - Прямо сейчас на нас смотрит вся Королевская Гавань.
- Так мне теперь расплакаться? - язвит тот, - Тогда вам стоило взять с собой не меня, а, например, Подрика.
- Под - не плакса. Будь он здесь, он бы стоял с каменным лицом, словно статуя, и все равно был бы куда терпимее тебя.
С этими словами полурослик отдаляется, чтобы обменяться парой фраз с матерью Короля. Бронну не велено идти с ним, а потому наемник остается стоять, со скучающим видом слушая проповеди Верховного Септона. И отчего он такой жирный? Неужто от любви Богов?
Настроение Бронна не меняется, даже, когда процессия, наконец, отправляется в замок. Пара королевских всадников бесцеремонно теснят голодную толпу, заполонившую и без того узкую улочку. Если бедняки взбунтуются, эти двое первыми примут на себя удар.
Следом за ними Пес прокладывает дорогу мальчишке-Королю. Мерину Транту и его громилам-напарникам достался эскорт матери. Менее всех защищена рыжеволосая девчонка Старков. Кажется, ее звали Сансой, но ручаться за это Бронн бы не стал. Когда люди вокруг гибнут направо и налево, нет смысла запоминать слишком много имен.
- Вы это чувствуете? - спрашивает Бронн. На пару с Тирионом, они - следующие в этой колонне.
- Жителям Блошиного конца удается помыться, в лучшем случае, раз в месяц, - отвечает полурослик, думая совсем не о том. Ему не хватает роста, чтобы узреть весь этот хаос, творящийся за пределами процессии.
- Ради всего святого, я не об этом, - а Бронну хорошо видно все. Озлобленные и безумные, бедняки валили с ног и топтали друг друга, в надежде оказаться поближе к господам. Их голоса смешивались в один, но просили лишь золота и хлеба. Мужчины выбивали друг другу последние сгнившие зубы за каждый брошенный им серебряник. Женщины поднимали над головой своих младенцев, полагая, что сумеют вызвать у Короля жалость. Чаще всего эти голые скелетики были уже давно мертвы, а разглядеть это их матерям не давал голод, что напрочь отнял способность мыслить.
- Давно ты стал таким религиозным? - подшучивает Тирион, следуя рядом.
- Когда на протяжении часа слушаешь болтовню Верхновного Септона, кое-чему учишься, - парирует Бронн, на мгновение отходя от темы, но тут же к ней возвращаясь, - Я говорю о том, что все они нас ненавидят. Пока они еще этого не понимают, но стоит нам лишь пройти мимо, не кинув им пару монет, и они тут же швыряют нам в спину кусок дерьма.
- Шлюха! - кричит кто-то. Имени не называют, но наемнику кажется, что это адресовано матери Короля.
- Бастард! - а вот это уже непосредственно к Его Величеству.
- Урод! Выродок! - здесь и вовсе гадать не надо, а потому Бронн смотрит на полурослика. Тот недовольно отворачивается.
Голодная толпа - отбросы лишь с виду. На самом деле, это - хорошо отлаженный механизм. Стоит в ней найтись парочке смельчаков, которые крикнут ругательство или кинут тухлый овощ, и механизм запущен. Так, оскорблений в адрес процессии становится все больше, а тухлые овощи все чаще сменяются камнями или навозом. Король становится первым, кто этого не выдерживает.
- Кто это сделал?! - его гневный вскрик больше напоминает писк котенка, которому наступили на хвост, - Пёс! Найди того, кто это сделал! - утирая с лица остатки дерьма, он подталкивает Клигана к действию, - Руби их всех!
Не будь он Королем, и все в этой колонне, включая даже самого трусливого гвардейца, прозвали бы его идиотом, ведь только что многим из них был подписан смертный приговор.
- Держитесь рядом, - Бронн обнажает меч, не сводя глаз с Тириона. В этот же момент рыцари, шествующие рядом, содрогаются от первой атаки. Спустя мгновение одного уже проглатывает толпа.
- Ходу! Ходу! - кричит кто-то впереди. Колонна ускоряется. От всадников, следующих во главе процессии, остались только лошади. Прибавив шагу, Бронн чувствует, что наступил на что-то очень мягкое. Очень скоро он слышит вопль хозяина отсеченной кисти.
Кольцо гвардейцев заметно сужается, чтобы не дать бунтарям протиснуться в образовавшиеся щели. Те, кому это все же удалось, один за другим натыкаются на клинки телохранителей королевской семьи. Отовсюду доносятся вечно сменяющиеся приказы.
- Защищайте Короля! - гласит большинство из них.
Апогеем происходящего становится душераздирающий крик. Лишь тогда все вспоминают про Верховного Септона. Обернувшись, Бронн видит его толстую руку. Оторванная от остального тела, она поднята вверх кем-то из ликующих безумцев. Прямо сейчас наемнику даже становится стыдно - совсем недавно, стоя на пристани, он посмеивался над несчастным.
Тирион появляется откуда-то спереди. На его лице кровь, в руках сжат короткий клинок.
- Моя сестра! - кричит он, обращаясь к одному из рыцарей, - Где она?
- Она приказала нам защищать Короля! - из-под шлема доносится голос Мерина Транта. И пусть ублюдок строит из себя элитного воина, его меч еще не обагрен кровью.
- Вам было велено сопровождать ее! – задыхаясь на бегу, Тирион старается не отставать, – Найдите ее и верните!
На что рыцарь оборачивается. Сквозь толстый шлем виден лишь надменный взгляд, которым он смотрит на полурослика:
– Мы выполняем приказы Короля и его матери, карлик. Не твои.
Если бы вокруг не творился жуткий хаос, Бронн бы явно не отказался от возможности принять участие в услышанном диалоге и унять пыл хамоватого Транта парой колких фраз. Всадив клинок в очередное грязное тело, наемник замечает на себе взгляд Тириона.
– И не просите, – он отмахивается, – Я защищаю вас, а не вашу сестру.
– Ты – командующий Городским Дозором. Твоя обязанность – защищать город! – с этими словами полурослик вспоминает единственный стопудовый способ заставить Бронна выполнять указание – напомнить ему о том, что Ланнистеры всегда платят долги, но если все они умрут, платить будет некому.
Расталкивая рыцарей, наемник точно знает лишь одно – Серсея где-то впереди. Девчонка Старков исчезла. Пса тоже не разыскать. Король зажат в тиски тех телохранителей, что еще способны держать меч. Лошади погибших всадников растворились в толпе – наверняка, этим вечером они станут едой. Их съедят, даже не поджарив на костре. Не приправив пряностями. Сожрут так, как это делают люди, не видевшие мяса долгие месяцы.
Бронн слышит предсмертный вопль гвардейца и прорывается вперед. Он видит Серсею, раскинувшуюся на ступенях и оставшуюся один на один с врагом, отделенную от ближайшей помощи взбунтовавшейся толпой.
Расправившись с первым встречным безумцем, наемнику удается обхитрить еще нескольких, перемахнув через пустующий уличный прилавок. Оказавшись у стены, ему улыбается удача зацепиться за небольшой парапет и вскарабкаться выше. Прильнув спиной к фасаду замка, Бронн медленно протискивается к матери Короля. Ему приходится смотреть вниз, чтобы рубить тянущиеся к нему руки. Наиболее высоким обидчикам он ломает челюсти каблуками сапог.
Достигнув конца, наемник спрыгивает вниз с высоты человеческого роста. В спину ему уже дышит группа из нескольких десятков безумцев.
– Черт бы вас всех побрал, – ворчит Бронн, устремляясь вверх по ступеням. Борьба Серсеи за свою жизнь заканчивается ровно в тот момент, когда ее противник вдруг замирает, харкая кровью. Из-за его плеча показывается голова Бронна, а живот разорван клинком, лезвие которого пронзило позвоночник и прошло насквозь.
– Это еще не конец, леди, – замечает наемник, сбрасывая тело вниз и надеясь, что это поможет задержать толпу, – Забудьте об отряде. Мы отрезаны.

+1

4

Она ненавидела, как же она ненавидела этот сброд! Простолюдины, эти бестолковые, грязные, жалкие и жадные до умопомрачения ничтожества, не стремящиеся ни к чему, что может выйти за рамки их ограниченного сознания. Серсея испытывала к этим животным омерзение и ненависть сколько себя помнила. В детстве она не понимала, как вообще могут сосуществовать в одном мире такие прекрасные леди и милорды, как она сама и Джейме, ее прекрасная мать и статный, гордый отец Тайвин Ланнистер и эти отвратительные существа, живущие в маленьких лачугах и гниющие в собственной грязи, которую они так и норовят распространить как можно дальше вокруг себя. Многие обманывались, полагая, что народ любит своих правителей, он их почитает и возносит выше самих себя, но это не так. Не так... Господин сколько угодно может бросать пыль в глаза слепо следующему за ним крестьянину,  но в конечном счёте, стоит ему только оступиться и упасть на спину, распластавшись по грязной земле, раскинув руки в разные стороны, как это жаждущий крови шакал бросится на него и будет рвать его тело, желая вырвать себе лакомый кусок. Но его голод никогда не будет утолён.
Серсея слышала, как здоровяк, готовый уже схватить ее, отпрянул и взвыл. Видимо, сухая грязь, которую она в него бросила, состояла не только из безобидного песка. Однако она не сможет сдерживать противника долго, поэтому медлить было нельзя. Женщина с трудом поднялась на ноги, все ещё не до конца придя в себя и прислонилась к стене, поднимая лицо к свету. Сквозь полузакрытые веки она заметила, как к ней уже тянулась огромная грязная и мозолистая лапа, но прежде чем Королева-мать успела не то, что уклониться в сторону, а хотя бы подумать об этом, на ее лицо и платье брызнули капли горячей крови, а глаза противника широко распахнулись, видимо, осознавая, что смерть их хозяина пришла.
Серсея застыла, не в силах пошевелиться. Она слышала сквозь гул в ушах чей-то голос, видела, как грузное тело человека, пытавшегося ее убить ещё какую-то секунду назад, словно в замедленном темпе катится по лестнице вниз, подминая под себя других обезумевших зверей, но в голове словно бы воцарилась пустота, уже во второй раз за сегодняшний день, или лучше сказать час? Словно бы утопающий за соломинку, она схватилась рукой за стену, желая почувствовать холод настенного камня, и, когда ее ладонь проскользнула по шершавой поверхности, чувство реальности вернулось к ней. Серсея перевела осознанный и ясный взгляд на наёмника перед ней, затем на все то, что происходило за его спиной, затем снова на наемника и взорвалась. Из ее горла вырвался яростный вой и она со злобой обтерла кровь с лица прямо расшитым золотыми нитями рукавом своего шёлкового голубого платья. Сейчас в душе Серсеи росла такая злость, что она уже ни о чем не думала, и опрятный вид ее наряда волновал женщину в последнюю очередь.
- Тогда придумайте что-нибудь! - задыхаясь воздухом, прошипела Серсея, оглядываясь назад и с облегчением замечая, что позади их никто не поджидает. - Я не намерена умереть сегодня здесь. Надо убраться отсюда как можно скорее.
Она обернулась на наемника и оглядела его внимательнее. Поначалу она его не узнала, сказывался стресс от пережитого, но теперь она могла с уверенностью сказать, что опасаться ей есть за что. Перед ней стоял никто иной, как собачка-приживала ее никчемного братца Тириона, этот беспардонный вояка по имени, кажется, Бронн.ей не было до этого дела. Не окажись они в таких обстоятельствах, Серсея сомневалась, что она бы вообще заговорила с этим мужчиной, но они, к сожалению, в них оказались. И, по всей видимости, личный мечник карлика только что спас ей жизнь. 
-Это просто сумасшествие... - Серсея схватилась сначала за голову, а потом закрыла лицо руками, сжимая пальцами глаза. Она не могла поверить, что все это происходит на самом деле. Будь ее воля, она бы убила всех этих обезумевших горожан, лишь бы ее дети, ее юный Король были в безопасности.  Она поклялась себе, что, как только она выберется из этого кошмара, жители Королевской Гавани пожалеют о своих бездумных поступках. Она уничтожит всех причастных к сегодняшнему беспорядку, всех их близких и родных. Всех!
- Итак, что вы собираетесь делать? - Серсея вновь обратилась к Бронну, с каплей неприязни глядя на него и все ещё прижимаясь к стене. - Вытаскивайте меня отсюда, ведь ради этого мой братец послал вас сюда.
Она хотела было добавить надменности в свой взгляд, но тут увидела, как за спиной наемника выросли двое мужчин с безумными глазами, у одного из которых весь рот был в крови. И что-то подсказывало Королеве-матери, что это была не его кровь. Серсея испуганно вздохнула и с несвойственной ей ранее прыткостью, попадалась назад.
- Сзади!

+1


Вы здесь » Game of Thrones: Winter is Here » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » И затмит злоба пустоту в душах. И обагрятся кровью шелка


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC